Спутники мои

Чего только не хранится на мансарде старой дачи. Всё руки не доходят – разобрать. А, когда доходят, наконец,  рука не поднимается – выбросить.

Вот керосиновый фонарь «летучая мышь». Куплен, должно быть, лет шестьдесят назад. Не припомню случая, чтобы им пользовались. Даже не знаю, как зажигается. В кино видела: заходит старик с таким  в хлев, проверить - не отелилась ли корова. Коровы у нас не бывало, а фонарь имеется. И опять оставляю, на всякий случай. Хотя, давно пользуемся свечами.

Рядом, любимый когда-то, проигрыватель пластинок. Неизвестно, исправен ли. Игла звукоснимателя сломалась, и не смогли купить новую. Говорят, теперь таких не выпускают. Приобрели его  в начале 60-х. Училась  я в 9 классе. Ах, Робертино Лоретти!  Правда, не менее сотни виниловых пластинок, утомившись  хранить с 50-х годов, выбросили, в моё отсутствие. Говорят, теперь они снова входят в моду. А среди них, помню, были куплеты Курочкина из «Свадьба с приданным», песня  Лолиты Торес «Каимбро»,  «Мишка-Мишка», «Бесаме мучо»... Кстати,  вскоре, подоспели магнитофоны.

Электрический самовар, литров на пять. Наш подарок бабушке на пятидесятилетие. Теперь и ему пятый десяток. Неисправен. Но изящный, никелированный. Можно, было бы, починить.

Старый фильмоскоп и коробочка с диафильмом «Три поросёнка». Боже мой! Сколько было у нас разных плёнок, и сколько радости приносила каждая новая: «Былина об Илье Муромце», «Басни Крылова», «Русские сказки», «Алёшкино сердце» по М.Шолохову… Ведь телевизора в те времена у нас ещё не было.

Сломанное кресло-качалка, когда-то изысканной формы, ждёт умелых рук реставратора. Давно ждёт, лет двадцать. С тех пор, как шаловливая старшая внучка,  перевернулась на нём через голову. Теперь у неё дочка того же возраста.

Рядом на стене висит старое коромысло. Аккуратно протираю на нём пыль и обнаруживаю остатки, когда-то золотистой,  росписи.  В памяти возникает щемящая картина: тропинка во ржаном поле и мама с двумя вёдрами на коромысле, несущая воду из далёкого родничка.  Вёдра чуть покачиваются, но ни капли не проливается из них, накрытых  широкими листьями лопуха.

Потому и висит коромысло на стене, а не лежит на полу, что бытует у нас примета: переступишь коромысло – горбатым станешь. Вешаю, от греха, на прежнее место.

Кстати, ещё один мистический ужас с детства преследует нас – запрещено бросать мотыгу кое-как, острым лезвием вверх. Поранила ногу и умерла от гангрены  моя  бабушка, мать мамы моей, в возрасте 23 лет, оставив дочку сиротой.

В уголке притулилась «чудо-печка», небольшая электрическая духовка.  Купили её, когда стали на улице нашей постепенно расставаться с русскими печами. Из-за громоздкости их и старости. Сложить новую печь было и дорого, и мастера-печники перевелись. В  соседнем селе, говорили, был редкий умелец, дядя Ваня,  да к нему очередь - на год.  И то -  не дождаться - выпить любил. Вот и решил отец сложить печь -  попроще, с плитой и духовкой,  которую  поставил нам местный  печник.

Новая плита щи да каши готовила исправно, а духовка пироги печь отказывалась, наотрез. Тогда и появилась у нас, на счастье матери,  «чудо-печка». Сколько, почивших  на улице нашей, помянули пирогами из  маленькой этой печурки.  Никому в просьбе  не отказывала мама.  Мягкие, румяные поминальные пироги с поджаренной квашеной капустой и хорошей рыбой, завёрнутые в чистое полотенце, благодарно уносили соседки к столу…
Через много лет появился газ, а мамина помощница скромно заняла место в уголке.
И опять рука не поднимается отправить её в утиль.


И много ещё чего.  Вроде, дюжины разрозненных бокалов и чашек, каждая из которых хранит свою удивительную, только мне известную, историю.  Старая, вполне исправная, мясорубка.  Ненужный  кухонный комбайн. Неработающие видеомагнитофоны в количестве четырёх штук. Настольная лампа с  разбитым стеклянным абажуром. Швейная машинка «Тула».  Чересчур, нынче  дорогой в эксплуатации, гладильный агрегат. Связка  выцветших  репродукций картин...

                              ***

Привычка к хранению старых вещей, как убеждал меня психолог недавней телевизионной передачи, сродни  синдрому Плюшкина.  Может быть… отчасти. Но  для меня - это не просто старые вещи.  Это  СПУТНИКИ  мои. Они прошли со мной по жизни.  Едва  хватило сил мне расстаться с сотнями книг. С экслибрисом моим  стоят они  теперь на полках городской библиотеки.   Сегодня  прощаюсь со старыми вещами. Больше я не поднимусь на мансарду,  и  пусть  молодёжь распорядится ими по своему усмотрению.  Но, думаю,  всё повторится.  Просто, со временем,  они заполнят помещение  с в о и м и, вышедшими из обихода, вещами.  И придёт, такой же, день... 


Рецензии
Чудесно-расчудесно пишете, Галина!
Прямо в душу западают Ваши строчки!
Знаете, что я сделал, переехав в Германию?
Купил на толкучке фонарь "летучая мышь", похожий как был у меня на зимовке, поставил на не очень видное место в шкафу. Нет-нет да и гляну. И сразу картинки такие - хоть "фильму" крути!
В.

Владимир Эйснер   07.12.2017 05:38     Заявить о нарушении
Купил "летучую мышь"! Что за прелесть - это совпадение по интересам, которое ощущается через расстояния и времена. Просто мы из России. Ваша Галя.

Галина Алинина   07.12.2017 08:02   Заявить о нарушении
Так точно, Галина!
И будем!

Владимир Эйснер   07.12.2017 10:15   Заявить о нарушении
На это произведение написано 18 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.